Часть II. Весна 2 страница

- Ника, пошли купим сахарную вату!

- Ооо, давай! Я так давно ее не ела!

Мы направились к стойке, но вдруг у нас на пути возникло пять молодых парней милиционеров. Им было, скорее всего, не больше восемнадцати лет. Они приближались прямо к нам.

- Мила, смотри, какие мальчики, – тихо сказала она мне таким тоном, будто выдает государственную тайну.

- Прямо бруталы! – усмехнулась я.

- Хи-хи-хи!

Когда они уже проходили достаточно близко, один из них сказал нам:

- Ваши документы, девушки!

Остальные парни засмеялись.

- Хи-хи-хи! Мила! Все нас сейчас загребут! – начала моя спутница восклицать высоким голосом, предвещающим очередной приступ смеха.

- Ладно, у красивых девушек документы не берем! – усмехнулся он.

- Мальчики, а вы, правда, милиционеры? – наивным тоном спросила Ника.

- Ника, мы собирались за сахарной ватой, – тихо сказала я ей.

- Девушка, успеете вы за ватой! – сказал он, услышав меня. Я немного смутилась.

- Ну, за какой ватой? – шутливо возмутилась Ника. – Тут такие мальчики, а она за ватой!

После этой фразы она повернулась к мальчикам и несколько раз отрицательно покачала головой, выражая свое отношение ко мне и сладкой вате. Я тоже покачала головой и выразила свое отношение к ней и милиционерам, предварительно отвернувшись.

- Мальчики, а можно с вами сфотографироваться? Хи-хи! Мил, давай сфотографируемся с мальчиками!

Несмотря на то что мое настроение было уже достаточно испорчено, я не стала отказываться. Мы попросили проходящую мимо женщину сфотографировать нас. Мы с Никой встали вместе, положив руки друг другу на плечи, а по бокам от нас толпились эти юные милиционеры.

Наконец мы пошли за ватой.

- Девушка! А телефончик не дадите? – услышали мы вслед. Было сразу понятно, что он кричал не мне.

- Ой, нет, – улыбнулась Ника.

Это меня порадовало, а то я было испугалась, что она побежит давать свой телефон невесть кому.

- Ну, как же так, девушка?

Ника только усмехнулась пару раз, и мы пошли за сахарной ватой. Купив заветное лакомство, мы сели на лавочку и принялись есть. Ника периодически упоминала о том, какие же приятные были эти мальчики, и сожалела, что они так быстро ушли. Я же в тот момент была абсолютно удовлетворена. Вкус ваты вернул мне хорошее настроение.

В принципе я не могла сказать, что это прогулка мне совсем не понравилась. Просто я уже знала, что, скорее всего, больше не пойду гулять с Кулешовой. Мы были с ней людьми абсолютно разных кругов. Ей было хорошо в компании пятерых милиционеров. А мне было достаточно всего лишь вкуса сахарной ваты.

- Такие хорошие мальчики! – постанывала Кулешова, рассказывая о нашей прогулке Велиевой. – Мил, ты поооомнишь?



- Ника! Какие к черту мальчики, если там была такая вкусная сахарная вата!

Успеешь ты еще за мальчиками...

Глава 5. Яна Артемьева | Мир

В

моей жизни было два главных увлечения – писать стихи и рисовать. Последний год все мои стихи в основном были посвящены Арине, а на всех моих рисунках была изображена лишь она в различных вариациях.

Случайно наткнувшись на папку с ее портретами, я поняла, что, с тех пор как увидела ее с Эльдаром тогда в женской раздевалке, не нарисовала ни одного рисунка. Стих за это время я написала только один, про Кулешову. Один стих за несколько месяцев! Ни одного рисунка, а лишь какие-то жалкие наброски на полях тетрадей! Это меня изрядно напугало. Но теперь-то я уж знала про кого мне писать и кого рисовать. У меня появилась новая муза – Ника.

Прежде чем отдаться своему новому творческому порыву, я поставила на своей странице в Круге статус: «Ура! У меня появилась новая муза!» Довольная, я залезла на страницу Ники в поисках каких-либо ее фотографий. Но у нее было только два альбома с фотографиями да и то… в одном фотографии ее собаки – йоркширского терьера – и кота, а в другом – просто красивые картинки.

Поиски ее фотографий в альбомах Велиевой тоже не увенчались успехом. Там Кулешова стояла то спиной, то закрывала свое лицо рукой. Некоторые фотографии были смазаны, где-то ее было плохо видно. По памяти ее рисовать я не решалась: не хотелось портить совершенство. Возможно, я бы продолжила поиски, если бы в Круге у меня не появилось уведомление о новом сообщении. Сердце сильно забилось. Вдруг от нее?

Да нет, всегда, когда я так думаю, это не от нее. Дрожащим пальцем я нажала на левую кнопку мыши. Оно было от нее! «Ян, а я больше не твоя муза?» Как это мило! Все-таки что-то я для нее да значила. «ты и есть моя новая муза!» – написала я в ответ. Через пару минут снова пришло от нее сообщение: «ну, смотри мне!» Я ответила: «Ника, ты и только ты! можешь даже не беспокоиться!»

«ну, мало ли, найдешь мне еще замену!»

«ты незаменима».

«приятно слышать».

Я радостно заерзала на стуле и издала победный смешок. Смеяться мне оставалось недолго.



Вечером я снова зашла на сайт, и там меня ждало очередное сообщение. Я снова начала нервничать: неужто опять от нее? Сердце бешено забилось. Спустя несколько мгновений я нажала на оповещение.

Сообщение от Арины Локтевой. Внутри меня что-то разочарованно упало. Я чертыхнулась и опустила взгляд немного пониже, где находился текст самого сообщения.

«ну и молодец, что нашла, бля».

Я с размаху треснула рукой по столу. Арина снова заявила о себе! Как макать меня лицом в грязь, так она первая, а когда речь заходит о ней…

«Арина, ты что, совсем?»

«да нет, я просто все поняла».

«что ты поняла? я, например, сейчас вообще ничего не понимаю. что такого?»

«да забей. просто теперь мне все понятно. это ведь про меня, да?»

Я никогда не говорила Арине, что она была моей музой. С чего ей было знать, что это про нее? Или очередной приступ высокомерия заставлял ее верить, что это очевидно?

«нет уж, давай разберемся! теперь мне уже ничего непонятно!» – напечатала я.

«просто люди для тебя заменимы. ты меняешь их друг на друга, когда тебе вздумается. для тебя люди игрушки».

Да для Арины люди были не просто игрушками, а марионетками!

«и это говоришь мне ТЫ? я не вижу здесь ничего такого. если что-то не нравится это твои проблемы».

Я поспешно закрыла окно с сайтом и выключила компьютер. Меня всю трясло, сердце бешено билось. Рыкнув, я ударила руками по столу.

- Ненавижу. Ненавижу!

Я судорожно взяла телефон в руки и позвонила Вере.

- Алло! – подняла она трубку.

- Вера! Вера! – задыхаясь от злобы, произносила я ее имя.

- Яна, да что случилось, – нервно смеясь, спросила она.

- Да Арина! Я ее ненавижу!

- Что у вас с ней опять произошло?

- Да она!..

Продолжая задыхаться, я с горем пополам рассказала ей о произошедшем.

- Да, девочки, – усмехнулась Вера. – Вы, как всегда, в своем репертуаре!

- Я уже просто не могу! Кем она себя возомнила вообще? Бесит!

Увидев, что Кулешова в сети, я сразу же ей написала, что старая муза катит на меня бочки, и рассказала все. Ее это достаточно сильно удивило и ошарашило.

«ничего себе!» - написала она.

«а я о чем?»

«что происходит ваще?»

«да не знаю. бесит она меня»

Ладно. Завтра мне предстоял очередной день в школе и на этот раз мучительный.

В школе мы с Ариной игнорировали друг друга и вообще не разговаривали. На переменах я и наша компания уже вовсю обсуждали последние события.

- Может, не надо было так об этом на весь Круг оповещать в статусе? – осторожно спросила меня Эля, но в тот же момент немного поменяла свое мнение. – Хотя то, что Арина сразу же решила, что это про нее, в очередной раз говорит о ее высокомерии.

- Вот именно! – согласилась я, проигнорировав ее первые слова.

- Ну, знаешь, Ян, – начала Зоя своим презрительным тоном. – Что-то ты с этими своими музами… То превозносишь их до небес, то потом бесишься.

- Знаешь, что?! – рявкнула я.

- Так, девочки! Спокойно! – Вера, как всегда, выступила миротворцем.

Я немного остыла, но потом раздраженно подпрыгнула на месте. В этот момент подошла Кулешова.

- Хи-хи-хи, Яна, это что был за прыжок?

- Да бесит меня все! – несмотря ни на что, в тот момент в моей душе потеплело от ее смеха.

- Что вообще происходит? Я не думала, что Арина ко мне плохо относится.

- Да дело не в тебе. А во мне.

Всю неделю абсолютно ничего не менялось. Мы с Ариной просто старались не замечать друг друга. В какой-то момент я даже почувствовала некое облегчение. Теперь ее вообще не было в моей жизни, и от этого мир казался проще. Мир без Арины. Мир с Никой. От этого он казался уже невероятно прекрасным. Не хватало только травки, бабочек и красивых цветочков вокруг.

Однако вскоре эта идиллия мне наскучила. Баланс в моем придуманном мире сильно сместился в сторону Кулешовой. В любом мире должны существовать силы добра и зла. А зло – то есть Арину – я успешно ликвидировала.

- Ты ведь не будешь первая мириться с Ариной? – с надеждой спросила меня Эля.

- Я? Нет… нет, – неуверенно ответила я. Моя подруга сразу поняла, что под этим «нет» подразумевалось «да», но спорить со мной не стала, осознав, что это бесполезно.

Я пришла домой, включила компьютер, зашла на Круг. Арина была в сети. Я нажала на кнопку «Написать сообщение» рядом с ее аватаркой. Я никогда не любила быть с кем-то в ссоре, так что, отодвинув свою гордость на второй план, я принялась ей печатать.

«Арина, мне кажется, дальше так не может продолжаться. давай во всем разберемся».

Сердце бешено забилось, когда я навела курсор на кнопку отправить. Нажав ее, я громко выдохнула и сжала кулаки. Спустя несколько минут у меня появилось оповещение о новом сообщении.

«я тоже так считаю. наверное, это моя ревность. просто ты сразу стала так много общаться с Никой. конечно, она прикольная девчонка, я ничего против нее не имею, но и наши отношения не надо отодвигать на второй план. ты согласна?»

Ревность! Я не могу! Сначала она наезжала на меня, а потом стала говорить, что это ее ревность? Лучше б сразу говорила!

Затем, обдумав все хорошенько, я остыла. Мы на пути к примирению, так что я так взбесилась?

«согласна. мы и правда стали мало общаться».

«мир?»

«мир!»

Я с облегчением выдохнула. Теперь в моем мире восстановился баланс. Надолго ли? Этого я не знала, но теперь там было все хорошо.

В моем мире.

Глава 6. Эля Гиллен | Обычный человек

С

егодня первым уроком была литература. Я пришла примерно за пять минут до звонка. Вера уже сидела с Зоей на третьей парте ряда у окна, но Яны что-то не было видно. Я села за третью парту среднего ряда.

- Вер, а Яна пришла?

- Нет, она после третьего урока придет. Она в поликлинике.

Сидеть одной мне как-то не хотелось, но вариантов не было. Или был?

Перед Зоей и Верой за партой сидел Паша Агейкин. Нестеровой в классе не было, и, скорее всего, она бы уже и не пришла. Обычно она приходила всегда раньше меня. Сесть с Агейкиным, поближе к своим подругам, было отличным вариантом. У меня была бы возможность хоть немного поболтать с ними на уроке, тем более что учительница по литературе особо за дисциплиной не следила. Но мысль о том, чтобы сидеть рядом с Агейкиным меня немного пугала: о чем мне с ним говорить?

Прозвенел звонок. Помешкав, я все же села к нему.

- Я к вам! – улыбнулась я Зое и Вере.

Я сразу почувствовала себя как-то неловко, сидя рядом с ним. Но это ощущение резко прервала Тамара Дорохова, которая, запыхавшись, ввалилась в класс.

- Извините за опоздание, можно войти?

Она села за первую парту, перед нами.

- Откройте, пожалуйста, в учебнике главу с биографией Тургенева, – попросила нас учительница.

Мой учебник лежал посередине парты, так как у Агейкина его не было. Он сразу открыл его и принялся искать нужные страницы. Видя его безрезультатные старания, я решила взять инициативу в свои руки.

- Давай, лучше я найду.

- Да, давай, – усмехнулся он.

Я быстро нашла нужное место в книге и положила ее обратно на середину парты. Паша взял в руки ручку и начал теребить ее так, что при каждом движении его пальцев она стучала концом о парту. Проделав так несколько раз, он отложил ее.

- Тома, – очень тихо позвал он Дорохову. Я была уверена, что она его не слышит. – Тома. Не смей меня игнорить. Тооомаа.

Мне уже стало даже смешно.

-Тоомаа. Тоооома, – продолжал он. – Тооома!

- Агейкин, ты достал! – резко развернувшись, рявкнула она. В ее голосе было столько злости, что я даже вздрогнула.

Но потом мы с Пашей рассмеялись. Напряжение, которое я ощущала вначале, спало.

- Тома! – позвал он ее снова и засмеялся.

Смеялся он как-то без голоса, было только слышно, как он вдыхает и выдыхает. Он выглядел очень мило, когда улыбался. От того каменного лица, которое было на нем обычно по утрам, не осталось и следа. Я даже уже не замечала того сильного запаха сигарет, который был ему присущ.

После урока я все еще думала о Паше. О совсем не такой, каким хотел казаться. Совсем не такой.

Перед уроком обществознания я, Зоя и Вера сели в кабинете на последние парты ряда у стены, чтобы поболтать. На ряду у окна сидел Паша и разговаривал о чем-то с Мелиховой.

- Я, наверное, после десятого в другую школу уйду, – услышала я его фразу.

В этот момент что-то внутри меня екнуло. Мне совсем не хотелось, чтобы он уходил. Одна мысль об этом меня расстраивала.

- Зачем? Доучись уж год здесь, – ответила ему его собеседница.

- Да не. Что мне тут делать? Одиннадцатый класс уйдет, даже покурить будет не с кем.

Я только сейчас поняла, что у него в классе не было друзей. Я всегда видела его внизу сидящим с одиннадцатым классом или выходящим покурить с каким-то парнем с длинными волосами из того же одиннадцатого класса. Когда я подумала об этом, мне даже стало как-то жалко Пашу. Он был одиноким человеком со своими проблемами.

- Эля, я тебя уже в десятый раз спрашиваю, придешь ли ты сегодня на репетицию канкана! – недовольный голос Зои сразу же заставил меня очнуться.

- Да, я приду.

- О чем это ты там думаешь? – спросила Вера.

- Или о ком? – поддела меня Зоя.

Я только лишь засмеялась в ответ и снова взглянула на Пашу. В тот момент я поняла, что он мне нравится. И мысль о том, что он может уйти сильно тревожила.

Сегодня была пятница, и по традиции после уроков, выходя из класса, Паша поднял правую руку ладонью вверх и крикнул:

- Что ж, пацаны, ПЯТНИЦА-РАЗВРАТНИЦА!

Я расплылась в широкой улыбке.

На следующей неделе, во вторник, было 23 февраля. В понедельник на одной из перемен я услышала, что Тамара пыталась предложить Зое сделать что-нибудь сегодня для наших мальчиков.

- Можно, кстати, придумать стихи про каждого из них! – эмоционально говорила она. – И пусть они сами догадываются, про кого стих!

- Не знаю, я как-то не умею стихи сочинять, – отказывалась Зоя. – Вот, Эля умеет!

Тома сразу же подбежала ко мне. Сочинение стихов не было моим постоянным хобби, но иногда у меня возникало сильное желание что-нибудь написать. И получалось вроде бы неплохо. Поэтому идея Томы мне сразу же понравилась. Благо, мальчиков в нашем классе было немного.

- Давай, про Эльдара сейчас придумаем, – предложила она.

- Хорошо. Он у нас же футболист. Надо что-то об этом написать.

Стих об Эльдаре сложился у нас достаточно быстро. Когда мы его закончили, к нам неожиданно подошел Паша.

- Что это вы там делаете? – спросил он.

- Паш, потом узнаешь, а пока секрет! – ответила я, хотя прогонять его совершенно не хотелось.

- О, про Пашу надо придумать! – сказала Тома.

- Про пятницу обязательно!

- Да, без этого никак.

- Хм… – задумалась я. – Его голос громче всех… Шутки вызывают смех…

- Так, я записываю!

- Его голос громче всех, шутки вызывают смех… Он кричит о пятнице, что она развратница!

- Точно! Эля, это круто! – Тома принялась усердно записывать эти строки.

Затем Арина и Лена увидели, что мы над чем-то сосредоточенно «работаем», и тоже решили нам помочь. К концу пятого урока мы придумали все стихи. На шестом уроке у нас должна была быть замена, но наша классная руководительница взяла наш класс к себе, так как ей кто-то принес торт, и в честь праздника мы решили устроить чаепитие и прочесть наши стихи.

Я, Арина, Лена и Тома встали перед всем классом с нашим листочком, где были стихи, и начали хором читать. Мальчики оценили наше творчество. Когда они угадывали, про кого написан каждый из стихов, то тому человеку приносили кусочек торта.

Почти все стихи пролетели мимо меня, пока, наконец, не подошла очередь последнего. Про Пашу.

- Его голос громче всех! Шутки вызывают смех! Он кричит о пятнице, что она… РАЗВРАТНИЦА!

Выкрикивая последнее слово, я выжала из себя столько децибелов, сколько смогла. Паша оценил стих про себя, так как на его лице появилась легкая улыбка. После этого мы попили чай с тортом и разошлись по домам.

Я, следуя своей многолетней «традиции», решила не рассказывать о своей симпатии к Паше Зое, Вере и Яне. Он мне, конечно, нравился, но я не думала, что у меня когда-нибудь получится войти с ним в контакт, так что я была уверена: эти чувства скоро пройдут за недостатком общения. Мы были с ним людьми абсолютно разных кругов. Хотя за угрюмым лицом и запахом перегара скрывался настоящий Паша Агейкин: обычный человек, такой же, как и все.

В среду, после того как мы один день отдохнули, я очень быстро спускалась в столовую по лестнице. Я торопилась, потому что нас немного задержали на уроке, а стоять в очереди за едой мне не хотелось. Впереди шел Паша, и мое сердце начало сильно биться. Я проскочила мимо него и услышала вслед:

- Давай, быстрее, а то не успеешь!

Я повернулась к нему с улыбкой, и побежала дальше.

Такой же, как все. Такой же, как я.

Глава 7. Лена Нестерова | Портал

П

риближалось восьмое марта. Это должен был быть следующий понедельник, поэтому я была вся в предвкушении трехдневного отдыха. В этот понедельник я проснулась утром и поняла, что у меня просто нет сил идти в школу. Кроме школы, я также ходила на курсы по английскому языку, которые тоже отнимали кучу времени и энергии. Я выключила будильник, сказала маме, что хочу остаться дома, и пошла дальше спать.

Проснулась я где-то в одиннадцать часов. На телефоне уже была смс-ка от Милы: «Че в школу не пришла?» Я ответила ей: «Да как всегда». Я периодически оставалась так дома, если мне было лень идти. Позавтракав и приведя себя в порядок, я села за компьютер и зашла в Круг. Затем я нажала на кнопку «Избранное» – на экране появились два мелких аватара Данкела Динга и Янеемсупа Яемщи. Я зашла на страницу второго. Зачем я вообще на нее заходила, если она была закрыта? Единственное, что я могла созерцать, так это его аватарку, на которой его толком и не было видно. Очевидный признак влюбленности: посещение страницы человека, у которого на ей ничего нет.

Усилием воли я заставила себя выйти оттуда, после чего зашла на страницу Данкела, в поисках следов Леши там. Но никаких новых следов Леши я не нашла. Его следы также могли быть на странице Смолякова, куда я направилась в следующую секунду. Не помню как, но каким-то образом меня занесло в альбом с разными фотографиями сделанными Смоляковым лично. Мой взгляд остановился на фотографии в нашем школьном туалете. То есть не в нашем, а в их, мужском… Передо мной на экране «предстал» белый унитаз, а на стене было зеленым маркером написано «портал», а рядом была нарисована стрелочка, ведущая в этот самый унитаз. Под фотографией был комментарий Леши: «Я пробовал, не работает». Я поняла, что обязательно должна что-то ему написать. Пусть у нас ни разу не было нормальной переписки, так будет хоть в комментариях.

«Ого, у нас оказывается в школе есть портал! Не представляю, как вам так долго удавалось его скрывать. Интересно, куда же он ведет?» – написав это, я обновила страницу в надежде, что за одну секунду он мог мне что-то ответить. Естественно, там ничего не было.

Было уже три часа дня. Я закрыла сайт и позвонила Миле, чтобы узнать уроки.

- Мил, скажи мне алгебру и обществознание.

- Да, сейчас.

- Представляешь, там у Смолякова в альбоме есть фотка в школьном туалете…

- Мне уже смешно, – сказала она.

- Да блин… и там на фотке унитаз, а на стене стрелка с подписью «портал». И ее Леша откомментировал!

- Офигеть, он умеет комментировать фотки! – засмеялась она. Я тоже засмеялась, а потом продолжила:

- Он написал там, что проверял этот «портал», и он не работает. Я ему написала там фигню какую-то в ответ. Я, конечно, даже и не надеюсь, что он мне ответит…

- Ври побольше! – саркастично произнесла Мила.

- Черт, ладно, я надеюсь, но, скорее всего, он не ответит. Ладно, буду ждать.

Мила продиктовала мне уроки, и мы попрощались.

Вечером я снова зашла в Круг. Настроение было унылым. Я была уверена, что сейчас зайду на страницу с этой фотографией, а там не будет никаких новых комментариев. А если и будут, то только от Смолякова.

К счастью, мои пессимистичные ожидания не оправдались.

«Он ведет в глубины человеческого подсознания», – ответил Леша.

О, да! Нельзя это так оставлять! Я просто должна была написать в ответ что-то еще.

«Как интересно! Надеюсь, я смогу воспользоваться этим порталом, чтобы изучить глубины человеческого подсознания. Хотя, вы сказали, что портал не работает. Какая жалость».

К сожалению, на этот комментарий мне ответил уже Смоляков: «Елена, а зачем это вам понадобилось изучать глубины человеческого подсознания? И чье именно подсознание вы хотите изучить?»

«Не волнуйтесь, Егор, ваше подсознание я трогать не собираюсь. Надеюсь, портал скоро заработает», – ответила я.

У меня оставался последний шанс на то, что Леша хоть что-нибудь скажет про портал. Но ответил опять Смоляков: «Я бы не отказался, чтобы вы, Елена, покопались в моем подсознании».

Похоже, он опять начал со мной флиртовать. Егор вообще был таким человеком, у которого постоянно был какой-то определенный круг женского пола, с которым он мог флиртовать. И я тоже туда входила.

Честно говоря, мне было уже неохота отвечать что-либо Егору. Я решила, что либо отвечу попозже, либо вообще не буду. Я поела, доделала кое-какие уроки и снова вернулась в Круг. Там меня ждало небольшое разочарование. Леша ответил на последний комментарий Смолякова! Я думала он уже и забыл об этих комментариях. А оказывается, просто не видел смысла отвечать на мои записи.

«На твоем месте, Егор, я бы хорошо подумал, прежде чем позволять копаться кому-то в вашем подсознании. Это может иметь тяжелые последствия».

«Не думаю, что Елена способна причинить мне вред», – ответил Егор.

«Я вообще милое и безобидное существо, – написала я. – И в чужом подсознании копаюсь очень аккуратно».

Я выключила компьютер и пошла спать. Лежа в кровати, я все думала о том, что произошло сегодня в Круге. С одной стороны, меня переполняла радость, что мне наконец-то удалось хоть немного пообщаться с Лешей в интернете. Но, с другой стороны, меня расстраивало как раз это «немного». Не успев продолжить свои мысли, я уснула.

Мила пришла на урок, как всегда, на пару минут позже звонка.

- Я тебе кое-что расскажу на перемене, – шепнула я ей.

- А что случилось-то?

- Мне вчера кое с кем удалось пообщаться.

Она сразу поняла, о ком идет речь.

- Короче, потом расскажу, здесь палевно!

Урок длился невыносимо долго. Мне все не терпелось рассказать Миле о произошедшем, да и к тому же мне было скучно, и я сильно хотела спать. Наконец, прозвенел звонок с урока. Мы с Милой побежали вниз, на диванчики.

- Давай, рассказывай уже! – торопила меня подруга.

И я сначала быстро-быстро протараторила ей о вчерашнем. Когда я закончила, у Милы было немного растерянное лицо.

- Ты хоть поняла, что я сказала? – спросила я.

- А ты сама поняла, что ты сказала? – пошутила она.

Мы засмеялись.

- Да поняла я все, – убедила она меня. – Круто. Теперь надо в жизни так.

- Легко сказать! Если он даже Смолякову чаще отвечает, чем мне…

- Вот только к Смолякову его не ревнуй!

- Смоляков мне не ровня! – важно заявила я. – А вот Агейкин!

- Ха-ха-ха! Ну, куда уж тебе с Агейкиным тягаться. Он слишком прекрасен.

Мы снова засмеялись, но мне практически сразу взгрустнулось.

- По сути, это вообще не имело никакого смысла… – начала я.

- Лена, не ной!

- А что? В друзья-то он меня точно не добавит. Он наверняка уже забыл об этих комментариях. Парни обычно таких мелочей не запоминают.

- А с чего ему запоминать? Он же тебя почти не знает.

- Вот и я об этом, – вздохнула я.

- Блин! Лен! Радуйся хотя бы тому, что есть! Вечно ты только плохое видишь!

- Да я рада! Просто…

- Опять это «просто».

- Мил!

Мы замолчали, чтобы немного остыть. Обстановка была немного напряженной, но, увидев Лешу с Агейкиным, как раз пришедших на диванчики, я обо всем забыла. Они сели в противоположный конец раздевалки. Надо было нам с Милой сесть сразу туда поближе. Мое зрение оставляло желать лучшего, но очки я носить не хотела. Леша расплылся серым пятном. Я начала сильно щуриться, но потом решила, что у него зрение может быть лучше, чем у меня, и прекратила.

Он одновременно был так близко и так далеко. Пару раз мне удавалось с ним поговорить, даже прикоснуться (столкнувшись, например), но между нами все равно был барьер.

Прозвенел звонок. Мы пошли по лестнице наверх. Мимо нас пробежали Яна и Эля. Они, как всегда, что-то увлеченно рассказывали друг другу и громко смеялись. Я была уверена, что ни у одной из них не было таких проблем, как у меня. Я вообще никогда не видела, чтоб они хоть как-то общались с парнями. Не исключено, что когда-нибудь им мог кто-то нравиться, но точно не сейчас. Их явно не волновали вопросы типа «как завязать разговор с парнем?» или «как добавить его в друзья в Круге?». Им просто это не надо было. Они наслаждались жизнью и без парней.

Я знала, что если бы все мои чувства к Леше прошли, жить было бы легче. Но мысль о том, чтоб он мне разонравился меня пугала. Я уже так привыкла к нему, он стал мне чуть ли не родным человеком. И так было гораздо интереснее. Жить всегда интереснее, когда есть цель.

Я открыла дверь кабинета. Мы с Милой, естественно, опоздали, поэтому пришлось спрашивать разрешения войти.

- Да заходите быстрее, – поторопила нас учительница.

Если бы с Лешей все было так же просто, как и с этой дверью. Мне нужен был обычный портал в глубины его подсознания. Да зачем в глубины? Мне бы хоть на поверхность, а я и до нее никак добраться не могла.

- Алексей, можете мне открыть портал в ваше подсознание?

- Он открыт, заходите быстрее!

Этот внутренний диалог рассмешил меня. Увидев мое веселое лицо, Мила тоже хихикнула.

- Мила, после этого урока идем в мужской туалет.

- Зачем?

- Там портал. В глубины человеческого подсознания. Он сам сказал.

Глава 8. Мила Шалимова | Три недели

Ш

кольный танцевальный фестиваль должен был быть уже через три недели, а канкан у нас был отработан, грубо говоря, плохо. Нам редко удавалось собрать всех после уроков на репетицию. Из шести человек обычно нас было всего по трое. А учитывая то, что ставили мы танец сами, у нас все время возникало какое-то непонимание.

Сегодня была очередная репетиция после уроков. Я, Эля и Зоя уже были в классе.

- Черт, где Арина? – бесилась Зоя.

- А ты ей вчера сказала про репетицию? – спросила Эля.

- Да! И она сказала, что придет!

Зоя достала мобильный телефон и принялась звонить Арине.

- Арина, ты где? – спросила Зоя на повышенных тонах. – Мы вообще-то ждем тебя!.. А ты меня предупредить не могла?.. Отлично, блин!

- Что, она не придет? – спросила я.

- Нет! Вот что за… Почему нельзя было заранее предупредить?

В этот момент в класс ворвалась Тома, касаясь руками по дороге наших плеч.

- О, хоть ты пришла! – обрадовалась Зоя.

- Сейчас еще вроде Кулешова должна подойти.

- Да ладно? Круто! В таком количестве мы, кажется, еще ни разу не репетировали!

Мы «прогнали» танец один раз. В принципе все получилось нормально, хотя в некоторых моментах я немного тормозила. Через некоторое время к нам в класс зашла наша классная руководительница – Людмила Алексеевна.

- Девочки, покажите, что вы там «натанцевали» за три месяца.

Когда мы прогоняли танец перед ней, все получилось намного хуже. В той части танца, когда нам приходилось высоко задирать ноги, я постоянно чуть ли не теряла равновесие. Музыка все еще продолжала играть, но мы уже закончили.

- И это все? – спросила классная.

- Да, просто музыка слишком длинная, мы потом ее обрежем, – пояснила Зоя.

- Ну, этого слишком мало. И танец у вас, честно говоря, хромает. Вы в ногах путаетесь, в ритм не попадаете. Что это такое? У вас три недели только есть.


5220030042218982.html
5220087594600943.html
    PR.RU™